Александр Цыпуштанов: «Мы вводим новые стандарты дефектоскопии»

В период 90-х и нулевых, когда многие научно‑исследовательские институты прекратили свое существование, некоторые специалисты сумели сохранить лучшие достижения советской инженерии и науки, а затем и приумножить их. К их числу относится генеральный директор ООО «Научно-технический центр неразрушающего контроля «УРАН» Александр Цыпуштанов. Свою деятельность в сфере создания оборудования неразрушающего контроля (НК) он начал в отраслевом институте еще в советское время. Сегодня «НТЦ НК «УРАН», который он возглавляет, создает современное оборудование для НК, активно занимается собственными исследованиями, имеет множество патентов, и в целом в значительной степени именно это предприятие задает современные российские стандарты дефектоскопии. «Любой метод контроля имеет ограничения, но сочетание нескольких методов позволяет компенсировать недостатки каждого и добиться высокой достоверности», - подчеркнул Александр Цыпуштанов. Он подробно рассказал о продукции и новых решениях предприятия в НК, а также о том, почему они могут найти применение не только в диагностике металлопроката, но и в системах противодействия беспилотным летательным аппаратам.

Как вы пришли к идее создания «НТЦ НК «УРАН»?

Наше предприятие образовалось 15 лет назад. До этого я работал в отраслевом НИИ, созданном еще в 1955 г. и связанным с оборонной промышленностью – возглавлял там центр неразрушающего контроля. Со временем мы были вынуждены переориентироваться на нефтяной сегмент: когда встала задача разработать оборудование для контроля труб нефтяного сортамента, мы выполнили ее в сжатые сроки и достаточно быстро заняли свою нишу на этом рынке. Однако институт продолжал испытывать организационные трудности, а мои предложения по корректировке стратегии не были учтены. В итоге я покинул институт. Но системные знания о том, как должен быть организован контроль металлопродукции, как строить оборудование и управлять производством, которые я оттуда вынес, стали основой для деятельности созданного мной «НТЦ НК «УРАН».

Почему у вашей компании именно такое название?

Еще в 90-х мы по заказу энергетиков разработали прибор — универсальный регистратор-анализатор напряжения. Его аббревиатура сложилась в слово «УРАН». Никакого отношения к планете или радиоактивному элементу это название не имеет. Удачные конструктивные принципы, на которых был создан тот прибор, впоследствии были перенесены в оборудование для контроля металлопроката. Таким образом, бренд перешел из энергетики в область неразрушающего контроля. К слову сказать, самая успешная операция Советской армии в годы второй мировой войны имела название «УРАН». Это была Сталинградская битва.

Каковы основные направления деятельности «НТЦ НК «УРАН»?

Мы занимаемся разработкой и производством оборудования для комплексного НК труб широкого сортамента, насосных штанг и прутков различного сечения — круглого, квадратного, шестигранного. Оборудование для контроля труб представлено у нас в сериях «БУРАН® 5000» и «БУРАН® 7000», а для контроля металлопроката различного профиля - «БУРАН® 6000». Зарегистрированные товарные знаки, под которыми мы поставляем нашу продукцию, – «БУРАН®», «ЛАВИНА®» и «УРАГАН®». В процессе НК труб мы используем электромагнитный, магнитно-резонансный и акустический (в варианте ЭМАП) методы. Комплексный контроль включает не только выявление нарушений сплошности, но и оценку структуры металла, механических свойств и геометрических параметров, в том числе - толщины стенки. Поэтому контроль требует применения нескольких типов устройств.

Расскажите о каждом из методов подробнее.

Электромагнитные методы контроля - это классика НК. В физическом смысле – это регистрация отклика от воздействия на объект контроля (ОК) электромагнитным либо магнитным полем. Далее этот отклик анализируется, и на основании проведенного анализа делается заключение о пригодности либо непригодности металлопроката. В этом сегменте НК наша компания нашла новые прорывные технические решения, на основе которых был создан способ неразрушающего контроля на основе магнитно-резонансного эффекта. Суть его заключается в воздействии на ОК комбинацией двух разночастотных электромагнитных полей, заставляющих структурообразующие компоненты – домены – двигаться в резонансе с частотой воздействия. Это резонансное движение приводит к появлению как электромагнитных волн, так и акустических волн в ОК. Эти волны, в свою очередь, «просвечивают» ОК и позволяют судить о его свойствах, как в части однородности (при контроле структуры, механических свойств и уровня механических напряжений), так и в части неоднородности (при контроле на дефекты – трещины, включения и прочее).

Акустические методы – это также «исторически древний» метод контроля. Суть его заключается в воздействии на ОК акустическим лучом, который проходит через все сечение металлопроката, определяя при этом также дефекты сплошности и структурной неоднородности. Существует два известных варианта реализации этого метода контроля – с использованием «мокрого» ультразвука и с использованием «сухого» ультразвука (ЭМАП). Первый вариант – классика, второй вариант – более современный способ. Мы его и используем. Что удалось достичь в этом варианте контроля. Первое – удалось найти способ фокусировки луча в ОК с предельно узкой апертурой – около 0,3 мм. Это позволило придать новый импульс в развитии так называемого зеркально-теневого метода контроля. Второе – удалось найти способ фокусировки ультразвукового луча за счет использования и регулирования физических свойств ОК. Третье – был найден способ усиления мощности ультразвукового луча за счет использования процедуры временного наложения. Все вышеописанные способы и устройства для их реализации имеют соответствующую патентную защиту, так как являются объектами интеллектуальной собственности.

Можно ли считать вышеописанные достижения прорывом в сфере создания оборудования неразрушающего контроля?

Сочетание вышеописанных способов и их реализация в виде оборудования для НК позволили достичь более высокой достоверности контроля по сравнению с аналогами. Кроме того, комплексное использование новых способов позволило ввести новую терминологию в НК, а именно новый термин: промышленный томограф. Аналогичный термин известен из медицинской тематики – многие знают, что такое магнитно-резонансная томография (МРТ). Томограф – это устройство для послойного анализа ОК. МРТ основана на резонансе атомов водорода в живых тканях. А работа промышленного томографа основана на резонансе структурообразующих элементов – доменов – под воздействием электромагнитного излучения и акустических волн. Впервые оборудование с таким названием (промышленные томографы серий «БУРАН®», «ЛАВИНА®» и «УРАГАН®») было представлено нашей компанией на самой крупной международной промышленной выставке в РФ «ИННОПРОМ-2026», проходившей в г. Екатеринбурге с 6 по 9 июля.

Какую долю рынка занимает «НТЦ НК «УРАН», и где используется его продукция?

Мы работаем с нефтесервисными, трубопрокатными и металлургическими предприятиями. Только в сегменте оборудования НК для ремонта нефтяных труб, бывших в эксплуатации, наша доля на российском рынке составляет около 65%. Нас хорошо знают все крупные нефтяные компании. По состоянию на сегодняшний день мы ввели в эксплуатацию около шестидесяти комплексов неразрушающего контроля. География поставок охватывает Сибирь, Татарстан, Башкортостан, Самарскую область, Краснодарский край и другие регионы. Также мы поставляем продукцию в Беларусь, Узбекистан, Казахстан и Вьетнам.

Занимается ли ваша компания реинжинирингом?

С уходом западных производителей и прекращением технической поддержки их оборудования, мы действительно столкнулись с необходимостью заниматься и   реинжинирингом. Наши специалисты способны изготавливать любые запасные части для импортных установок. Но наш подход в том, что мы чаще всего предлагаем заказчикам не просто копию детали, а ее усовершенствованный вариант, что большинством из них воспринимается положительно. Более того, мы создали собственное импортозамещающее производство датчиков неразрушающего контроля протяженного металлопроката для оборудования компаний Tuboscope®, Dr. Foerster®, MAC® и Pruftechnik®.

Ведь есть два принципиально разных пути. Первый — самый простой: берешь чужую разработку, уже готовое техническое решение, и повторяешь его. Затрат минимум, результат получаешь быстро. Но в этом кроется фундаментальный изъян. Тот, кто это придумал до тебя, не стоит на месте — он двигается дальше. Пока ты разбираешься с его старым достижением, он уже делает новое. В итоге ты всегда обречен идти вторым номером, повторять то, что он делал вчера. А наш путь в целом — другой. Мы не берем западные аналоги и не копируем отечественные. Мы идем своим путем, как сами понимаем эту задачу. По этой причине мы создаем то, чего еще нет, а не переделываем то, что уже есть. И это дает нам стратегическое преимущество, которое невозможно получить, занимаясь копированием.

С какими сложностями вы сталкиваетесь в текущей экономической ситуации?

В последнее время, к сожалению, наблюдается экономический спад, который негативно влияет на инвестиционную активность. Наше оборудование дорогостоящее, и его закупки обычно планируют за годы. Но сейчас у многих предприятий такой возможности просто нет. Например, объемы заказов от «трубников» сократились в разы. Из-за этого мы вынуждены искать новые рынки сбыта.

В какие сегменты вам удалось выйти в последнее время?

Мы вышли на рынок оборудования для контроля металлопроката в виде прутков (сплошных металлических стержней). Оборудование было разработано без привлечения внешнего финансирования. В настоящее время запущено его серийное производство.

Как вы защищаете интеллектуальную собственность от недобросовестной конкуренции?

У нас имеется 36 патентов на изобретения, полезные модели и промышленные образцы, еще около 20 заявок находятся на рассмотрении. В числе наших разработок — запатентованный метод неразрушающего контроля на основе магнитно‑резонансного эффекта, не имеющий мировых аналогов. Однако мы действительно сталкиваемся с попытками копирования наших изделий конкурентами, которые предлагают подделки на 20% ниже нашей цены. Когда я говорю покупателям: «Вы покупаете ворованные изделия», они отвечают: «Нам продают на 20% дешевле — мы и берем». Но это же нарушение закона об интеллектуальной собственности. И здесь важно понимать: по закону и покупатель, и продавец несут субсидиарную ответственность. Это как покупать ворованный автомобиль: вы знаете, что он краденый, он стоит дешевле, но вы же понимаете, что в случае чего придется отвечать. Мы разъясняем заказчикам эти риски. Но пока не на всех удается повлиять. Как действовать в такой ситуации? Идти в суд. Судебные разбирательства могут занять от полугода до трех лет, но мы вынуждены заниматься этим направлением.

Ваш слоган - «Мы вводим новые стандарты дефектоскопии». Что он означает на практике?

Подразумевается, что мы постоянно в поиске новых решений в области НК. Мы не используем готовые зарубежные или отечественные аналоги, а ведем собственные разработки. Иногда допускаем ошибки, но когда достигаем успеха — получаем результаты, превосходящие существующие. Пример - открытый нами магнитно‑резонансный эффект, который внедрен в оборудование. Также мы модернизировали метод так называемого «сухого ультразвука», он существует около 30 лет, но мы довели его до высокого уровня. Под новыми стандартами мы понимаем именно оригинальные технические подходы. И здесь есть один тонкий момент. Стандарт — это вообще-то метрологическая вещь, нормативный документ. А когда мы вместо слова «решение» используем слово «стандарты», возникает некоторая нестыковка. Люди начинают задумываться: а что это значит? И в этом и заключается смысл слогана — он заставляет остановиться и переспросить. А значит, мы уже привлекли внимание, и у нас есть шанс объяснить, что мы предлагаем не просто очередное устройство, а новый подход, который может изменить отношение к контролю в целом.

Можете привести примеры эффективности вашего оборудования?

Покупатель металлопроката, используя нашу установку, обнаруживает дефекты в партии и предъявляет претензии поставщику: из ста прутков - двадцать бракованных, требуются либо замена, либо снижение цены. Поставщик, не имеющий собственного контроля, вынужден либо приобретать аналогичное оборудование, либо нести убытки. А с нашим оборудованием он минимизирует расходы. Например, с нашей помощью «Акционерная нефтяная компания «Башнефть» выявила брак в трубах и своевременно заявила об этом. С тех пор больше бракованная продукция на это предприятие не поступала.

Какие специалисты особенно востребованны в вашей сфере деятельности?

Это специалисты с системным мышлением, ведь его отсутствие является серьезным ограничивающим фактором. Для эффективной работы необходимо комплексное восприятие объекта: физика, электроника, механика, программирование, материаловедение — все эти дисциплины должны быть интегрированы в систему. Комплексный подход позволяет увидеть полную картину и принять верное решение. Многие этим не владеют. Западные системы менеджмента качества, активно внедрявшиеся в России, рассчитаны на исполнителей с шаблонным мышлением, для которых достаточно инструкций. Творческие, мыслящие специалисты в таких рамках работать не могут, и мы ориентируемся именно на таких сотрудников. И здесь важно понимать, что у нас в команде работают не просто инженеры. Это профессионалы совершенно разного профиля: разработчики электроники, конструкторы, программисты. Есть специалисты по механике, по материаловедению, по термообработке. Каждый из них — штучный специалист, потому что неразрушающий контроль — это стык многих технических дисциплин. Чтобы собрать такую команду, нужно не просто найти людей, необходимо понять, кто нужен, и убедить их прийти к нам. Это большая ответственность, но без такой команды мы не могли бы создавать сложные установки, которые сегодня востребованы на рынке.

Цифровая трансформация и искусственный интеллект проникают во все отрасли. Как это влияет на неразрушающий контроль и на ваши разработки?

Мы внимательно следим за этим направлением. Цифровизация дает большие возможности — прежде всего, в обработке сигналов и автоматизации интерпретации результатов. Сегодня мы уже используем цифровые алгоритмы для фильтрации помех и распознавания типов дефектов, но полноценное внедрение ИИ — это отдельный вызов. Во-первых – система ИИ еще далека от совершенства и как правило, дает ответы только на широко известные вещи. Во-вторых, информация, собираемая ИИ, сконцентрирована в основном в средней части распределения Гаусса. А все «хвосты», представляющие наибольший интерес при проведении научно-исследовательских работ, отсекаются. А именно в этих «хвостах» и содержится информация, которая может бать прорывной с точки зрения результативности. В настоящее время ИИ, как, впрочем, и весь интернет, используется у нас в качестве некого справочного инструмента. Разумеется, система ИИ развивается, и мы с нетерпением и интересом ждем дальнейших результатов его совершенствования.

В чем специфика конкуренции в вашем сегменте?

Количество компаний, способных конкурировать с нами на равных, в РФ, не превышает и десяти. Причины следующие. Во‑первых, необходимы междисциплинарные компетенции, которые накапливаются годами. Во‑вторых, требуется слаженная команда из конструкторов, электронщиков, программистов, физиков и технологов, каждый из которых обладает системным мышлением. В‑третьих, нужна развитая материальная база: производственные площади, оборудование, инфраструктура. Мы, как я уже говорил, сознательно отказываемся от копирования чужих решений и разрабатываем свои, что часто позволяет опережать конкурентов.

Ваша продукция наукоемкая. Как это отражается на ее цене и позиционировании на рынке?

Приведу метафору: невозможно на рынке продать простой гвоздь дороже 1 рубля, поскольку продавцов простых гвоздей много. Но если у вас особенный наукоемкий гвоздь, то он может стоить дороже. Вот и на нашу продукцию мы можем поднять добавленную стоимость до достойного уровня, потому что аналогов на рынке просто нет. Мой «гвоздь», условно говоря, никто не сможет сделать — по крайней мере, пока его не скопируют недобросовестные конкуренты. И это наше преимущество: мы создаем то, чего нет у других. Заказчик платит не за железо, а за знания, за технологию, за надежность, которую мы гарантируем.

Какие планы на будущее вы строите?

У нас есть около двадцати продуктивных идей, базирующихся, в частности, на магнитно‑резонансном эффекте. В ближайшее время мы планируем провести эксперименты в оборонной сфере, в том числе по противодействию беспилотным летательным аппаратам — это направление пока не используется в системах ПВО, но мы видим его потенциал. У меня есть большой опыт работы в сфере противовоздушной обороны, и я отчетливо понимаю, как применить наш эффект для решения этой задачи. Также в отраслевом журнале мы опубликовали статью о новых технологиях контроля катанки диаметром 8 мм, из которой затем изготавливают провода диаметром от 7,5 до 0,03 мм. Дефекты в катанке делают дальнейшее производство проводов нецелесообразным. Кроме того, прорабатывается возможность повышения КПД трансформаторов с использованием магнитно‑резонансного эффекта. Все работы ведутся за счет собственных средств — государственной поддержки мы не получаем. Финансовые ресурсы ограничены, но технические задачи решаются.

Существует мнение, что НК позволяет не просто находить дефекты, но и управлять качеством продукции. Вы с этим согласны?

Абсолютно согласен. Контролируя металлопрокат, мы получаем информацию и о структуре металла, и о его механических свойствах, остаточном ресурсе. НК – это инструмент для активного контроля металлопродукции, как на стадии ее изготовления, так и на стадии ее последующей эксплуатации.